Серповидноклеточная анемия у детей

Определение

Серповидноклеточная анемия (СКА) — наследственная гемоглобинопатия, обусловленная точечной мутацией гена β-глобина (замена глутамата на валин в 6-м положении β-цепи), приводящей к образованию патологического гемоглобина S (HbS). При деоксигенации HbS полимеризуется, деформируя эритроцит в характерную серповидную форму — обусловливает как хронический гемолиз, так и повторные эпизоды вазоокклюзии в микроциркуляторном русле.

Эпидемиология

Наиболее распространена среди лиц африканского происхождения (носительство серповидноклеточного признака, HbAS, достигает 25–30% в отдельных регионах Африки южнее Сахары — классический пример балансирующего отбора: гетерозиготы защищены от тяжёлой малярии, но при этом каждая беременность гетерозиготных партнёров несёт 25% риск рождения ребёнка с гомозиготной СКА); также встречается в популяциях Ближнего Востока, Индии (в т.ч. специфический «азиатский» гаплотип с относительно более мягким течением за счёт исходно более высокого HbF), Средиземноморья, Латинской Америки. Вследствие миграции СКА стала значимой проблемой здравоохранения в Северной Америке и Западной Европе — в США СКА поражает примерно 1 из 365 новорождённых афроамериканцев.

Генотипы и ожидаемая тяжесть

Генотип	Частота среди СКА	Ожидаемая тяжесть
HbSS (гомозигота)	Наиболее частый, ~60–70%	Тяжёлая
HbSβ⁰-талассемия	Нечасто, вариабельно по регионам	Тяжёлая, клинически неотличима от HbSS
HbSC	~20–30%	Среднетяжёлая — реже вазоокклюзионные кризы, но непропорционально высокий риск ретинопатии, аваскулярного некроза и осложнений беременности
HbSβ⁺-талассемия	Вариабельно	Лёгкая/среднетяжёлая (зависит от остаточного синтеза β-цепи)
HbS/HPFH (наследственная персистенция HbF)	Редко	Обычно очень лёгкая/бессимптомная за счёт высокого стабильного HbF
HbSD, HbSE, HbSO-Arab	Редко	Вариабельная, в отдельных случаях тяжёлая
HbAS (носительство)	Не является заболеванием	Как правило бессимптомно; описаны редкие осложнения при экстремальной гипоксии/дегидратации (например, синдром внезапной смерти при интенсивных физических нагрузках на большой высоте)

Факторы, модифицирующие тяжесть течения

• Уровень фетального гемоглобина (HbF) — важнейший генетический модификатор тяжести: высокий исходный/сохраняющийся HbF (например, при определённых гаплотипах β-глобинового кластера — сенегальском, азиатском) ассоциирован с более мягким течением; на этом же принципе основано терапевтическое действие гидроксимочевины.
• Сочетанная α-талассемия (делеция 1–2 генов HBA) — снижает внутриклеточную концентрацию HbS → умеренно уменьшает частоту вазоокклюзивных осложнений, но одновременно ослабляет компенсаторный гемолиз-ассоциированный эритропоэз, из-за чего у части пациентов, парадоксально, повышается вязкость крови и, по некоторым данным, риск отдельных осложнений (например, аваскулярного некроза).
• Генотип (HbSS/HbSβ⁰ vs HbSC/HbSβ⁺) — см. таблицу генотипов выше.
• Социально-экономические и средовые факторы: доступ к неонатальному скринингу, пенициллинопрофилактике, специализированной гематологической помощи, приверженность гидроксимочевине — определяют реальную тяжесть течения не менее, чем генетические факторы, особенно в регионах с ограниченными ресурсами здравоохранения.

Патогенез

Молекулярный уровень: полимеризация деоксигенированного HbS образует жёсткие волокна (тактоиды) внутри эритроцита. Полимеризация — процесс с выраженным пороговым эффектом относительно концентрации деоксигенированного HbS: чем ниже сатурация кислорода, тем быстрее и интенсивнее полимеризация; факторы, ускоряющие полимеризацию, включают дегидратацию клетки (повышает эффективную концентрацию Hb), ацидоз (сдвигает кривую диссоциации оксигемоглобина, облегчая деоксигенацию), гипертермию. Наличие HbF в клетке ингибирует полимеризацию HbS (не встраивается в полимер) — отсюда терапевтический принцип действия гидроксимочевины.

Клеточный уровень: повторные циклы полимеризации/деполимеризации при циркуляции через артериальную (оксигенированную) и венозную (деоксигенированную) кровь необратимо повреждают мембрану эритроцита → эритроцит теряет способность возвращаться к нормальной дискоидной форме даже при реоксигенации («необратимо серповидные клетки») → сокращённая продолжительность жизни (10–20 дней вместо физиологических 100–120).

Два параллельных механизма органного повреждения:

1. Гемолитический компонент: хронический внутри- и внесосудистый гемолиз → свободный гемоглобин в плазме связывает и инактивирует оксид азота (мощный эндогенный вазодилататор) → хроническая эндотелиальная дисфункция и вазоконстрикция → предрасположенность к лёгочной гипертензии, приапизму, инсульту, хроническим язвам голеней; параллельно — высвобождение аргиназы эритроцитов, разрушающей субстрат для синтеза NO (L-аргинин).
2. Вазоокклюзивный компонент: серповидные эритроциты аномально адгезируют к активированному эндотелию (через молекулы адгезии, экспрессия которых усилена провоспалительным состоянием), взаимодействуют с лейкоцитами и активированными тромбоцитами, формируя гетеротипические агрегаты, блокирующие микроциркуляцию → локальная ишемия/инфаркт тканей (кости — боль, костный мозг, селезёнка, лёгкие, почки, ЦНС, половой член).

Функциональная аспления развивается уже на первом–втором году жизни вследствие повторных микроинфарктов и последующего фиброза селезёнки («аутоспленэктомия») — ключевая причина восприимчивости к молниеносным инфекциям инкапсулированными микроорганизмами; при HbSC и HbSβ⁺-талассемии селезёнка нередко остаётся функционально активной дольше или даже пожизненно, что объясняет более высокий (в сравнении с HbSS) риск секвестрационного криза у этих генотипов в более старшем возрасте.

Клиническая картина

Острые проявления

• Вазоокклюзионный (болевой) криз — наиболее частое клиническое проявление: острая ишемическая боль в костях/суставах/животе/спине, провоцируется дегидратацией, гипоксией (в т.ч. высотной — авиаперелёты, горы), инфекцией, холодом, физическим/эмоциональным стрессом; у детей раннего возраста (обычно 6 мес – 2 года) — дактилит (кистево-стопный синдром — симметричный болезненный отёк кистей/стоп вследствие инфарктов костного мозга мелких трубчатых костей) часто первое клиническое проявление заболевания.
• Острый грудной синдром (ОГС) — новый лёгочный инфильтрат на рентгенограмме + один из: лихорадка, респираторные симптомы (кашель, тахипноэ, хрипы), гипоксия, боль в груди; многофакторный генез (инфекция, жировая эмболия из инфарктов костного мозга, ателектаз, вазоокклюзия лёгочных сосудов, гиповентиляция вследствие абдоминальной/грудной боли) — жизнеугрожающее состояние, ведущая причина смертности при СКА в детском возрасте; может стремительно прогрессировать, в т.ч. на фоне уже госпитализированного по поводу другого криза пациента (профилактика — стимулирующая спирометрия у всех госпитализированных).
• Секвестрационный криз селезёнки — острое депонирование значительного объёма крови в увеличенной селезёнке у детей раннего возраста (пока селезёнка ещё не полностью аутоинфарктирована, обычно до 5–6 лет при HbSS) → резкое падение Hb на фоне быстро увеличивающейся в размерах селезёнки, гиповолемический шок — жизнеугрожающее неотложное состояние, вторая по значимости причина смерти в раннем детстве после инфекций; рецидивирует у значительной части выживших пациентов.
• Апластический криз — транзиторная эритробластопения, классически на фоне парвовирус B19-инфекции (аналогично другим хроническим гемолитическим анемиям — см. Hemolytic Anemia in Children).
• Приапизм — стойкая болезненная эрекция вследствие вазоокклюзии в кавернозных телах; описан у значительной доли мальчиков-подростков с СКА, часто рецидивирующий («стуттер»-эпизоды по несколько минут-часов, чередующиеся с более тяжёлыми затяжными эпизодами).

Хронические и отдалённые проявления

Система/орган	Проявление	Особенности у детей
ЦНС	Ишемический инсульт (явный или «немой» — выявляемый только на МРТ без клинической симптоматики)	Пик риска явного инсульта — 2–9 лет; «немые» инфаркты значительно чаще явных, ассоциированы с когнитивным снижением
Селезёнка	Функциональная/анатомическая аспления	Развивается к 1–2 годам при HbSS; риск инкапсулированных инфекций
Кости/суставы	Аваскулярный (асептический) некроз головки бедренной/плечевой кости, дактилит, остеомиелит (в т.ч. Salmonella — характерный, хотя не единственный, возбудитель у пациентов с СКА)	Аваскулярный некроз может манифестировать уже в подростковом возрасте
Глаза	Пролиферативная серповидноклеточная ретинопатия, кровоизлияния в стекловидное тело	Непропорционально чаще при HbSC, чем при HbSS; требует регулярного офтальмологического скрининга с подросткового возраста
Почки	Гипостенурия (нарушение концентрационной функции — ранний и почти универсальный признак), гематурия, папиллярный некроз, протеинурия, прогрессирование до хронической болезни почек	Гипостенурия предрасполагает к дегидратации даже при обычной физической нагрузке
Лёгкие	Лёгочная гипертензия	Ассоциирована с повышенным риском смерти у взрослых с СКА; скрининг эхокардиографией обсуждается индивидуально
Кожа	Хронические трофические язвы голеней	Чаще у подростков/взрослых, чаще при HbSS
Печень/желчный пузырь	Желчнокаменная болезнь (билирубиновые камни), редко — острый секвестрационный печёночный криз	Частота нарастает с возрастом
Рост и развитие	Задержка роста, задержка полового созревания	Многофакторно — хроническая анемия/гипоксия, повышенные энергозатраты
Психосоциальная сфера	Хроническая боль, пропуски школы, тревога/депрессия, стигматизация (в т.ч. связанная с необходимостью опиоидной анальгезии)	Требует мультидисциплинарного сопровождения

Диагностика

• Неонатальный скрининг — во многих странах входит в программу обязательного скрининга новорождённых (методы — изоэлектрофокусирование или ВЭЖХ на образце сухого пятна крови, аналогично другим программам неонатального скрининга); при выявлении патологического гемоглобина — обязательное подтверждающее тестирование, поскольку скрининговый результат сам по себе не является окончательным диагнозом. Раннее выявление до манифестации первых симптомов позволяет начать пенициллинопрофилактику и вакцинацию до развития функциональной аспления и резко снижает раннюю детскую смертность от инвазивных инфекций — один из наиболее наглядных примеров эффективности программ неонатального скрининга в педиатрии в целом.
• Электрофорез гемоглобина/высокоэффективная жидкостная хроматография (ВЭЖХ) — подтверждающий тест, определяет фракции HbS, HbA, HbF, HbC и позволяет отличить гомозиготную HbSS от сложных гетерозигот (HbSC, HbSβ-талассемия) и бессимптомного носительства (HbAS).
• ОАК: анемия (↓Hb, обычно 60–90 г/л при HbSS), ретикулоциты ↑; мазок крови — серповидные эритроциты, тельца Хауэлла-Жолли (маркёр аспления).
• Генетическое тестирование — при неоднозначных результатах электрофореза, пренатальная диагностика при отягощённом семейном анамнезе (в т.ч. преимплантационная генетическая диагностика при ЭКО).
• Биохимический профиль гемолиза: ↑ЛДГ, ↑непрямой билирубин, ↓гаптоглобин (см. общие принципы диагностики гемолиза в Hemolytic Anemia in Children).
• Функция почек (креатинин, анализ мочи на протеинурию) и печени — базовая оценка при постановке диагноза и далее ежегодно.
• Пульсоксиметрия при каждом контакте с системой здравоохранения — исходная сатурация у детей с СКА нередко несколько ниже популяционной нормы даже вне криза.

Дифференциальная диагностика

Состояние	Отличие от СКА
Другие гемоглобинопатии (талассемии) — см. Thalassemia in Children	Электрофорез/ВЭЖХ гемоглобина различает фракции; отсутствие серповидных клеток в мазке
Остеомиелит vs костный вазоокклюзионный криз	Клинически схожи (боль, лихорадка, локальная болезненность) — дифференциация нередко требует визуализации (МРТ) ± посева крови/аспирата, поскольку оба состояния могут сосуществовать
Острый живот иного генеза (аппендицит и др.) при абдоминальном болевом кризе	Тщательная хирургическая оценка при нетипичной картине/отсутствии ответа на стандартную терапию криза
Пневмония vs острый грудной синдром	Часто неразличимы клинически и рентгенологически на момент поступления; лечатся сходно на начальном этапе (антибиотики + наблюдение)
Ревматологические заболевания (при полиартралгии)	Отсутствие типичного анамнеза СКА, иная лабораторная картина

Лечение

Базисная фармакотерапия — сводная таблица

Препарат/мера	Доза	Путь	Кратность
Пенициллин V (<3 лет)	125 мг	Внутрь	2 раза/сут
Пенициллин V (≥3 лет)	250 мг	Внутрь	2 раза/сут
Гидроксимочевина (старт)	15–20 мг/кг/сут	Внутрь	1 раз/сут
Гидроксимочевина (титрация)	+5 мг/кг/сут каждые 8 нед до максимально переносимой (обычно ≤35 мг/кг/сут)	Внутрь	1 раз/сут
Фолиевая кислота	1 мг/сут	Внутрь	1 раз/сут

Антибиотикопрофилактика и вакцинация

• Пенициллин перорально: 125 мг 2 раза/сут детям <3 лет, 250 мг 2 раза/сут детям ≥3 лет, начиная с 2 месяцев жизни (как только диагноз подтверждён) и минимум до 5 лет (далее — по клиническому решению, при этом часть протоколов продолжает профилактику дольше при рецидивирующих инфекциях/после спленэктомии/тяжёлом течении).
• Расширенная вакцинация: пневмококковая (конъюгированная + полисахаридная ревакцинация), менингококковая, Hib, ежегодный грипп — по календарю для групп риска аспления, аналогично принципам после спленэктомии (см. Hereditary Spherocytosis in Children).

Скрининг и профилактика инсульта

• Транскраниальная допплерография (ТКДГ) — ежегодный скрининг с 2-летнего возраста у детей с HbSS/HbSβ⁰-талассемией.
• Интерпретация по времяусреднённой максимальной средней скорости кровотока (TAMMV) в средней мозговой/дистальном отделе внутренней сонной артерии:
  • Норма: <170 см/с.
  • Условно повышенная (conditional): 170–<200 см/с — более частый повторный скрининг.
  • Патологическая: ≥200 см/с — высокий риск инсульта, показание к началу хронической трансфузионной программы.
• Своевременная хроническая трансфузионная терапия при патологической ТКДГ снижает риск инсульта примерно на 92% (с ~10%/год до <1%/год).

Гидроксимочевина

• Базисная патогенетическая терапия, повышающая долю фетального гемоглобина (HbF), который препятствует полимеризации HbS.
• Показана всем детям с симптоматической HbSS/HbSβ⁰-талассемией (по расширенным современным рекомендациям — обсуждается уже с младенческого возраста, а не только после первых тяжёлых осложнений).
• Стартовая доза — ориентировочно 15–20 мг/кг/сут внутрь однократно, с титрацией вверх (увеличение примерно на 5 мг/кг/сут каждые 8 недель при отсутствии токсичности) до максимально переносимой дозы (обычно до ~35 мг/кг/сут).
• Мониторинг: ОАК каждые 4–8 недель в период титрации (риск миелосупрессии), далее реже при стабильной дозе; целевые эффекты — рост MCV и уровня HbF, снижение частоты кризов.

Купирование острых состояний

Вазоокклюзионный криз:

• Анальгезия по «лестнице» тяжести боли: лёгкая — парацетамол и/или НПВС (например, ибупрофен 10 мг/кг каждые 6–8 ч, с учётом ограничений по функции почек при их поражении); среднетяжёлая/тяжёлая — опиоиды (морфин 0,1–0,2 мг/кг в/в каждые 2–4 ч или эквивалент, у детей старшего возраста предпочтительна контролируемая пациентом анальгезия — PCA); цель — начать эффективное обезболивание в приёмном отделении в течение 30–60 мин от поступления, с переоценкой боли и повторным дозированием каждые 15–30 мин до достижения контроля.
• Регидратация изотоническими растворами в поддерживающем объёме (избегать избыточной гипергидратации — риск отёка лёгких/ОГС на фоне уже нарушенной сосудистой проницаемости).
• Кислород — только при документированной гипоксии (SpO₂ ниже индивидуальной исходной нормы); рутинное назначение кислорода при нормальной сатурации не показано и может подавлять компенсаторный эритропоэз.
• Тепло на область боли, ранняя мобилизация, стимулирующая спирометрия у всех госпитализированных (профилактика ОГС).

Острый грудной синдром: кислородотерапия, эмпирическая антибактериальная терапия (цефалоспорин третьего поколения + макролид — покрытие типичных и атипичных возбудителей), стимулирующая спирометрия, обезболивание с осторожностью (риск гиповентиляции и ателектазирования при избыточной опиоидной седации, но и недостаточная анальгезия при болезненном дыхании также усугубляет гиповентиляцию — требуется баланс), бронходилататоры при сопутствующей бронхообструкции, простая или обменная трансфузия при прогрессировании гипоксии/двустороннем поражении/тяжёлом течении — один из наиболее эффективных методов лечения, снижающий долю HbS и улучшающий оксигенацию.

Секвестрационный криз селезёнки: неотложная трансфузия эритроцитарной массы малыми объёмами (5 мл/кг с переоценкой) — риск гиперволемии за счёт аутотрансфузии депонированной в селезёнке крови обратно в циркуляцию по мере разрешения секвестрации на фоне уже перелитого объёма; в дальнейшем — обучение семьи пальпации селезёнки в домашних условиях для раннего выявления рецидива, обсуждение профилактической (плановой) спленэктомии при повторных эпизодах.

Приапизм — гидратация, анальгезия, попытка мочеиспускания/лёгкая физическая активность при коротких эпизодах; при затянувшемся эпизоде (>4 ч, «ишемический» приапизм) — неотложная урологическая помощь (аспирация крови из кавернозных тел ± интракавернозное введение α-адреномиметика), рассмотрение простой трансфузии при рецидивирующих тяжёлых эпизодах; отсроченное обращение повышает риск необратимой эректильной дисфункции.

Дополнительные фармакологические методы (за пределами гидроксимочевины)

Одобрены (преимущественно для детей старшего возраста/подростков — возрастные показания варьируют по препарату и юрисдикции) как дополнение к гидроксимочевине при недостаточном контроле:

• L-глутамин — снижает окислительный стресс в эритроцитах, уменьшает частоту вазоокклюзионных кризов; пероральный порошок.
• Кризанлизумаб — моноклональное антитело к P-селектину (молекуле адгезии эндотелия), вводится в/в ежемесячно, снижает частоту вазоокклюзионных кризов за счёт уменьшения адгезии серповидных клеток к эндотелию.
• Вокселотор — ингибитор полимеризации HbS (повышает сродство гемоглобина к кислороду), повышает Hb и снижает маркёры гемолиза; клиническое влияние на частоту болевых кризов менее выражено, чем у гидроксимочевины. Место этих препаратов в педиатрической практике продолжает уточняться; они не заменяют гидроксимочевину как терапию первой линии, а рассматриваются как дополнение при её недостаточной эффективности или непереносимости.

Трансфузионная терапия

• Простая трансфузия — при острой тяжёлой анемии, апластическом/секвестрационном кризе.
• Обменная трансфузия (ручная или аппаратная) — при тяжёлом ОГС, остром инсульте, тяжёлых системных осложнениях — быстро снижает долю HbS без выраженного повышения вязкости крови.
• Хроническая трансфузионная программа — вторичная профилактика инсульта (патологическая ТКДГ, перенесённый инсульт), тяжёлые рецидивирующие осложнения; требует параллельного мониторинга и хелаторной терапии перегрузки железом (аналогично принципам при талассемии — см. Thalassemia in Children).

Куративные методы

• Аллогенная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток — единственный длительно применяемый радикальный метод, с наибольшим суммарным опытом применения; лучшие результаты (общая выживаемость и выживаемость без заболевания >90% в опытных центрах) — при трансплантации от HLA-совместимого сибса в более раннем возрасте, до развития значимого органного повреждения (в первую очередь — до перенесённого инсульта или значимой хронической органной патологии). При отсутствии совместимого сибса рассматриваются альтернативные источники (неродственный совместимый донор, гаплоидентичный родственный донор) — с более высоким риском осложнений (реакция «трансплантат против хозяина», отторжение), но развивающиеся протоколы (в т.ч. немиелоаблативные режимы кондиционирования) постепенно расширяют доступность метода.
• Генная терапия (с 2023 г. одобрена FDA для пациентов ≥12 лет с тяжёлым рецидивирующим течением): exa-cel (эксагамглоген аутотемцел, Casgevy) — редактирование генома CRISPR/Cas9 с реактивацией синтеза фетального гемоглобина (инактивация гена-репрессора BCL11A); lovo-cel (ловотибеглоген аутотемцел, Lyfgenia) — лентивирусная генная терапия с введением модифицированного гена β-глобина, синтезирующего антисерповидный вариант гемоглобина. Оба метода требуют миелоаблативной химиотерапии (обычно бусульфан) перед инфузией собственных модифицированных стволовых клеток пациента — принципиально не CRISPR-редактирование in vivo, а ex vivo клеточная терапия с последующей аутологичной трансплантацией; преимущество перед аллогенной ТГСК — отсутствие риска реакции «трансплантат против хозяина» и не требуется HLA-совместимый донор; ограничения — высокая стоимость, ограниченная доступность, риски самого миелоаблативного кондиционирования (бесплодие, вторичные гематологические злокачественные новообразования — предмет длительного постмаркетингового наблюдения).

Особые клинические ситуации

• Хирургические вмешательства и анестезия: повышенный периоперационный риск (ОГС, вазоокклюзионный криз) — при среднетяжёлых/тяжёлых операциях предоперационная простая трансфузия для повышения Hb до ~100 г/л (агрессивная предоперационная обменная трансфузия с целью резкого снижения HbS рутинно не показана, за исключением вмешательств высокого риска) снижает частоту периоперационных осложнений; периоперационно — адекватная гидратация, согревание, оксигенация, ранняя мобилизация, стимулирующая спирометрия.
• Беременность (актуально для подростков) — беременность у женщин с СКА относится к группе высокого риска: повышена частота преэклампсии, задержки роста плода, преждевременных родов, учащения вазоокклюзионных кризов и ОГС; ведение — совместно акушером и гематологом, гидроксимочевина обычно отменяется на период планирования беременности и беременности (тератогенный потенциал) с переходом на альтернативные стратегии контроля кризов при необходимости.
• Путешествия/авиаперелёты — риск провокации криза гипоксией в разгерметизированном салоне (обычно некритичен при современных авиалайнерах, но требует адекватной гидратации и избегания дополнительных факторов риска — переохлаждения, длительной иммобилизации); восхождения на большую высоту и занятия, связанные со значительной гипоксией, требуют индивидуального обсуждения.
• Переход во взрослую сеть здравоохранения (transition of care) — структурированная программа перехода в позднем подростковом/раннем взрослом возрасте значимо снижает риск разрыва в наблюдении и связанных с этим осложнений; резкий и неподготовленный переход ассоциирован с ростом частоты незапланированных госпитализаций.

Осложнения

Острый грудной синдром (ведущая причина смерти в детском возрасте), инсульт (ишемический у детей, геморрагический чаще у взрослых — без первичной профилактики до 11% детей с СКА переносят явный инсульт к 20 годам, а «немые» инфаркты по данным МРТ-скрининга выявляются ещё чаще), секвестрационный криз селезёнки (вторая по значимости причина ранней детской смертности), апластический криз (парвовирус B19), приапизм (риск необратимой эректильной дисфункции при отсроченном лечении затяжных эпизодов), аваскулярный некроз (инвалидизирующее осложнение, нередко требующее эндопротезирования сустава уже в молодом взрослом возрасте), пролиферативная ретинопатия (риск отслойки сетчатки/потери зрения, особенно при HbSC), хроническая болезнь почек (у части пациентов прогрессирует до терминальной стадии к молодому взрослому возрасту), лёгочная гипертензия (значимый предиктор смертности у взрослых с СКА), желчнокаменная болезнь, задержка роста и полового развития, хронические трофические язвы голеней, повышенная восприимчивость к инвазивным инфекциям инкапсулированными бактериями (функциональная аспления) — без пенициллинопрофилактики риск инвазивной пневмококковой инфекции у детей раннего возраста с СКА повышен в десятки раз относительно популяции.

Прогноз

Существенно улучшился за последние десятилетия благодаря неонатальному скринингу, пенициллинопрофилактике, ТКДГ-скринингу и гидроксимочевине — большинство детей в странах с доступом к современному ведению достигают взрослого возраста (в развитых странах — подавляющее большинство доживает минимум до раннего взрослого возраста); тем не менее СКА остаётся заболеванием со значимым бременем осложнений и в среднем сниженной по сравнению с популяцией продолжительностью жизни без куративного лечения (по имеющимся данным — на несколько десятилетий при отсутствии доступа к современной терапии, разрыв сокращается по мере внедрения гидроксимочевины и других мер). Куративные методы (ТГСК, генная терапия) при успешном применении нормализуют прогноз, но сопряжены с существенными рисками самой процедуры (кондиционирование, реакция «трансплантат против хозяина» при аллогенной ТГСК, отдалённые риски миелоаблации) и ограниченной доступностью, особенно в регионах с наибольшим бременем заболевания (Африка южнее Сахары), где основным методом снижения смертности остаются базовые меры — неонатальный скрининг, пенициллинопрофилактика и вакцинация.

Рекомендуемый график динамического наблюдения: клинический осмотр и оценка роста/развития каждые 3–6 мес в раннем возрасте; ежегодная ТКДГ с 2 до 16 лет при HbSS/HbSβ⁰; ежегодный офтальмологический осмотр с ~10 лет (раньше при HbSC); ежегодная оценка функции почек и мочи на протеинурию; периодическая оценка сердечно-лёгочной системы (эхокардиография — по индивидуальным показаниям, не универсальный ежегодный скрининг в педиатрии); мониторинг перегрузки железом (ферритин, при хронической трансфузионной программе — МРТ T2*) — см. общие принципы в Thalassemia in Children; регулярная психосоциальная оценка и поддержка, оценка готовности к переходу во взрослую сеть с подросткового возраста.